Ингушетия: «экономический феодализм»

2020 год начался с ряда установок как федерального, так и ингушского регионального правительства, по важному социально-экономическому вопросу – реформа государственных и муниципальных унитарных предприятий. Давно уже было очевидно, что подобная форма собственности себя исчерпала, а в какой-то степени и дискредитировала став «черными дырами» для бюджетных средств.

Премьер-министр Дмитрий Медведев своим распоряжением утвердил трехлетную программу приватизации государственных компаний предприятий. В ней 285 юридических лиц, из которых 13 находятся на Северном Кавказе – но в этом списке нет ни одного ингушского.

Впрочем, это вовсе не означает, что Ингушетию обойдет стороной реформа государственного имущества. Отметим, что в канун Нового года был утвержден не только план приватизации конкретных предприятий, но и стратегия реформирования государственной собственности. Речь идет о федеральном законе №485-ФЗ, который предусматривает поэтапный выход государства из целых отраслей экономики.  

Закон, в частности, предусматривает запрет на создание новых и осуществление деятельности унитарных предприятий (государственных и муниципальных). Он начинает действовать с восьмого января, исключения предусмотрены только для предприятий:

  • обеспечивающих деятельность Минобороны и Росгвардии;
  • работающих в сферах естественных монополий, культуры, искусства, кинематографии, обращения с радиоактивными отходами;
  • обеспечивающих жизнедеятельность населения в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.

Остальные госпредприятия, которые будут работать на конкурентных товарных рынках, должны быть ликвидированы или реорганизованы до 2025 года. Причем если учредитель не сделает этого, то такие предприятия будут ликвидированы принудительно – в судебном порядке по иску ФАС.Если учредитель этого не сделает, ликвидацией по иску антимонопольного органа займется суд.

Владимир Путин неоднократно подчеркивал, что главные нарушители антимонопольного законодательства – это именно региональные власти (читай: губернаторы). На одном из заседаний Госсовета он потребовал от губернаторов использовать в своей работе так называемые проконкурентные методы – то есть поощрять конкуренцию, а не монополизацию.

Впоследствие прокомментировал это заявление президента руководитель Федеральной антимонопольной службы (ФАС) Игорь Артемьев: по его словам, «ситуацию во многих регионах я бы назвал экономическим феодализмом: нет ни частного сектора, ни капиталистических отношений, а есть вассалы и князья – госаппарат, который вмешивается в частный бизнес».

По словам Артемьева, «экономический феодализм» характерен прежде всего для малоразвитых регионов. Конкретные территории руководитель ФАС называть не стал, но понятно, что в их число можно смело включать и Ингушетию.

«Привычный, устоявшийся образ, стиль бюрократического мышления, отсутствие стремления выстраивать выгодную и региону, и его жителям экономику государственного или муниципального заказа», – ну разве не про республику сказано?!

Достаточно напомнить, что только в прошлом году республиканское управление ФАС признавало нарушителями антимонопольного законодательства (ограничение конкуренции) следующие ведомства:

  • администрация Магаса (торги на право заключения договора аренды земельных участков площадью 1,2 гектара в промзоне проведены с нарушениями);
  • администрация Малгобека (торги на право заключения договоров аренды участков под объекты торговли, в том числе на территории городского рынка, проведены с нарушениями);
  • администрация Экажево (контракт на ремонт дороги заключен без процедур конкурентного отбора).

Аналогичная ситуация и с госпредприятиями, которые в Ингушетии превратились по сути в черные дыры для бюджетных средств. Опять-таки процитируем Артемьева: «Такие действия ведут к росту бюджетных расходов, консервируют отсталые производства и низкое качество продукции».

Пожалуй, наиболее явно это заметно в случае с сельским хозяйством. По данным официальной статистики, на долю аграрных ГУПов в Ингушетии приходится 56% возделываемых земель, а производят они не более 10% сельскохозяйственной продукции.

«Мы проводим сейчас аудит и видим, что два частных предприятия дают [урожай] 20 центнеров с гектара, а рядом находится ГУП наш, и он дает 8-10 центнеров. Конечно, это повод задуматься, почему так происходит», – заявлял бывший премьер-министр республики Константин Суриков.

При этом госпредприятия, получая преференции от властей региона… отказываются платить налоги в бюджет. Суммы астрономические: так, с ГУП «Юрт-Боахам» (животноводство) налоговая служба требовала через суд почти 22 млн. рублей, а с ГУП «ИнгушАгроСервис» (растениеводство) – более 7 млн. рублей.

Крайне неэффективны (если не сказать сильнее) и муниципальные предприятия в сфере ЖКХ. Достаточно сказать, что в прошлом году было введено наблюдение на МУП «Участок коммунального хозяйства г. Магас», которое задолжало налоговикам почти 8 млн. рублей.

Налоговая служба также обратилась с исками в суд, требуя признать банкротами еще три коммунальных МУПа – обслуживающих жителей Сунжи, Карабулака и Малгобека. Общая сумма долга по обязательным платежам в бюджет превысила 33 млн. рублей. Но это только цветочки – с ГУП «ИнгушРегионВодоканал» налоговики с рамках дела о банкротстве требуют 134,4 млн. рублей. Это те деньги, отметим еще раз, которые недополучили все мы с вами – граждане, добросовестные налогоплательщики. 

Нынешний глава республики Махмуд-Али Калиматов прекрасно понимает, что вопрос ликвидации неэффективных унитарных предприятий – стратегический для экономики региона. Без этого добиться развития невозможно. Еще в 2018 году Юнус-Бек Евкуров подписал с ФАС соглашение о развитии конкуренции – но оно не выполнено.

В декабре Калиматов пригласил в Магас заместителя руководителя ФАС Алексея Доценко, чтобы обсудить, что делать дальше. Чиновники подписали очередное соглашение, предусматривающее защиту конкуренции и повышение инвестиционной активности.

Впрочем, мнения опрошенных «Шестым» экспертов заняли диаметрально различные позиции относительно реализации этого документа. Например, руководитель территориального управления ФАС Батыр Точиев настроен позитивно:

– Я несколько раз встречался с главой. Вопрос ликвидации ГУПов и МУПов на конкурентных рынках я поставил при нашей первой встрече. Он полностью с этим согласился и, к моему удивлению, сообщил о своих планах ускорить этот процесс, но так, чтобы все было выверено для потребителя.

По вопросу сложностей на пути ликвидации унитарных предприятий, я никаких проблем не вижу. Трудности, конечно, будут, но они решаемы. Я уверен, что если провести честные и открытые торги по передаче их функций и имущества в частные руки, то республика получит больше полезного.

Совсем другого мнения придерживается общественный деятель, ранее руководивший одним из госпредприятий Аслан Хамхоев:

– Продажа государственного и муниципального имущества происходит через тендеры. И всё это имущество давно на учёте олигархов и приближённых «ко двору». Минимущество давно превращено в их инструмент по присвоению собственности. Тендеры здесь никогда не были и не будут чистыми. Это же очевидные вещи.

Схема практически одна: подставная компания (типа ООО, ОАО или ИП), подача документов на тендер, тендерная комиссия с заранее подготовленным решением в пользу этой подставной компании. Вся схема – простая до безобразия и нерушимая.

Такова ситуация с имуществом по всей стране. Ну, а то что касается Ингушетии, то здесь всё имущество, до которого уже дотянулись мохнатые руки наших глав и президентов, уже разграблено и присвоено. Прозрачность для нас, обещанную новым главой, означает лишь очередной захват новыми нуворишами, и не более!

…В общем, будет ли новый виток антимонопольной реформы в Ингушетии эффективным, население узнает уже очень скоро. Очевидно одно: сидеть сложа руки и дожидаться окончательной гибели существующих ГУПов, которые погрязли в кумовстве и коррупции, нельзя.

Элберд Сагов