Месть Матовникова и безволие Калиматова

Эксперты отмечают, что священной коровой для Махмуда-Али Калиматова остаются силовики, которых он боится критиковать, в первую очередь за фабрикацию «ингушского митингового дела» и репрессий в отношении гражданского общества. Что же тогда подвигло Калиматова публично раскритиковать полицейских, которые допустили новогодний теракт на въезде в Магас?

Нападение на пост ДПС остается одним из самых резонансных и обсуждаемых событий в России. И в первую очередь реакция на него главы региона: Калиматов не похвалил силовиков за слаженную работу, а публично пожурил (в отличие от своих коллег по другим республикам, как правило, публично реагирующим на подобные события совсем иным способов).

На заседании антитеррористической комиссии Ингушетии он обвинил силовиков в недостаточности мер безопасности в преддверии новогодних праздников. «Усиление было слабым, налицо абсолютная недоработка. После произошедшего сотрудники сразу надели шлемы и бронежилеты, а что они делали до этого?!» – возмущался Калиматов. А ведь нападение на пост ДПС и убийство Зелимхана Кокорхоева совершили преступники, не имевшие даже огнестрельного оружия…

Между тем, публичный «разнос» Калиматова выглядит скорее как легкая критика. Очевидно, что у него нет реальных полномочий, чтобы дать полноценную оценку случившемуся и призвать к ответу тех, кто должен был обеспечить контроль за выполнением условий собственной защиты и безопасности граждан. Калиматов по сути пожурил провинившихся рядовых сотрудников полиции, обвинив их в халатности.

Взглянем на криминальную статистику: за 11 месяцев прошлого года в регионе было выявлено 36 террористических преступлений. И хотя это меньше, чем в позапрошлом году (было 54), но очевидно, что террористическая угроза в Ингушетии никуда не делась и повода расслабляться нет, тем более в особенных случаях.

А теперь возвращаемся к ответственности за деятельность правоохранительных структур и конкретно в Ингушетии. Дело в том, что все силовые органы – это зона компетенции аппарата полпреда президента в СКФО Александра Матовникова. Выходит, вина за халатность силовиков, стоившая жизни одному, здоровья другому из их коллег и тревогу общества за свою незащищенность, лежит и на полпреде. Который в середине декабря проводил в Пятигорске межрегиональное совещание руководителей правоохранительных органов по СКФО. Только речь на нем шла вовсе не об обеспечении безопасности на новогодние праздники… а о долгах по зарплате.

О трагической ситуации в Ингушетии полпред Матовников предпочел не высказываться, избегая лишнего упоминания своей персоны в СМИ по данному инциденту. Он вообще хранит молчание относительно происходящего в регионе. Но к чему слова, если для каждого жителя республики прекрасно заметны дела: все возможности федеральных и межрегиональных структур – от Следственного комитета до Минюста (их координацией в СКФО занимается лично Александр Матовников) – направлены вовсе не на борьбу с реальными угрозами, а на подавление гражданской активности в республике. Мы лишь вкратце напомним, каким жестким репрессиям со стороны силовиков подвергались общественные лидеры Ингушетии за последние месяцы.

  • Минюстом проведены внеплановые проверки и признаны иностранными агентами четыре общественные организации в Ингушетии (не имеющие никакого отношения к политике!): отделение «Российского Красного креста», Институт социальных изменений и благотворительные фонды «Генезис» и «Правовая инициатива».
  • Минюст в сентябре добился судебного решения о принудительной ликвидации Духовного управления мусульман республики и исключении организации из единого госреестра юрлиц (решение обжаловано).
  • Минюст через суд добивается сейчас принудительной ликвидации одной из крупнейших в регионе общественных организаций – Совета тейпов ингушского народа (СТИН). Временный председатель совета Мурад Даскиев был оштрафован судом за «распространении заведомо ложной информации» (ч. 9 ст. 13.15 КоАП).
  • Как минимум 36 участников протестного движения в Ингушетии привлечены к уголовной ответственности за участие в протестах в Магасе. Руководитель правозащитного движения «Мемориал» Олег Орлов уверен, что «перед следствием стоит определенная задача – сфальсифицировать общее обвинение в подготовленной заранее оппозицией акции с использованием насилия против полицейских… о чистоплотности методов тут говорить не приходится!».   
  • Главное следственное управление СКР по СКФО возбудило и расследует уголовные дела в отношении восьми лидеров ингушского протеста: им вменяют организацию экстремистского сообщества (ч. 1 ст. 282.1 УК РФ) и участие в нем (ч. 2 ст. 282.1 УК).

Махмуд-Али Калиматов, к которому неоднократно обращались политики и общественные деятели Ингушетии и других регионов, либо отказывался встречаться и комментировать преследования активистов и НКО, либо заявлял, что от него ничего не зависит. И ведь действительно не зависит: Глава Ингушетии, как выясняется, слишком политически слабая фигура, чтобы позволить себе пойти поперек всесильного полпреда. Единственное, что ему остается – журить сотрудников ГИБДД…

Ахмед Бузуртанов