Снять несуществующее напряжение и создать реальное – метод Евкурова

Подписанное Юнус-Беком Евкуровым и Рамзаном Кадыровым соглашение о чечено-ингушской границе, которым была изъята значительная часть территории Ингушетии, продолжает оставаться миной замедленного действия в отношениях двух близких по происхождению народов.

Скандальное соглашение, напомним, было подписано кулуарно, 26 сентября 2018 года, на встрече в Магасе при участии полпреда президента Александра Матовникова. Проходила встреча, что называется, на штыках: улицы ингушской столицы патрулировали усиленные наряды полиции и бойцы Росгвардии, в городе был полностью отключен Интернет, гражданских лиц в центр города не допускали, а тех, кто пытался понять, что происходит вытесняли из города за линию въезда перекрытой тяжелой бронетехникой. Где и произошли первые акции протеста и стычки гражданских с силовиками.   

Подобный милитари-антураж резко контрастировал с заявлением Юнус-бека Евкурова, который тот на радостях сделал сразу после подписания соглашения: «Несмотря на то, что границы будут обозначены, они не будут препятствовать, а, наоборот, будут способствовать экономической интеграции двух республик, укреплению дружбы и братства. Для нас это историческое решение!».

С момента подписания соглашения минуло почти полтора года. Давайте же теперь посмотрим, насколько удалось добиться обещанных Евкуровым «дружбы и братства» между Чечней и Ингушетией?

Ингушский лидер (к счастью, уже бывший) продолжал раздавать «успокоительные» заявления. Вот еще одно из них: «Советую всем, кто считает, что земля продана, населенные пункты отданы, не совершать марши несогласных и автопробеги, а проехать и пройтись вдоль границы и убедиться, что она осталась такой, какой была в 90-е».

Но вот чеченские коллеги Евкурова таким же «примирительным» тоном отнюдь не отличались.

Рамзан Кадыров уже после подписания соглашения, в октябре 2018 года на одном из совещаний в Грозном высказался по поводу утверждения соглашения о границе, недвусмысленно пригрозив ингушам: «Ради Всевышнего, не создавайте себе проблем… Не ведите пустых разговоров… Если воевать, то меня и это устраивает. Есть сила – поквитаюсь. Когда не будет силы – поквитайтесь [со мной]…».

Первым делом после прохождения всех процедур утверждения соглашения, чеченская сторона снесла единственный мост через реку Фортанга на спорной территории, позволявший жителям Ингушетии посещать свои родовые башенные комплексы на отторгнутой территории и как уже ранее на «Шестом портале» писали здесь появились кадыровские вооруженные группы, которые выбрасывали в соцсети провокационные видеообращения к ингушам с угрозами «встретить» при попытке посещения своих родовых мест. Не смотря на эти угрозы, ингушские общественники объявили субботник на спорных территориях, но в день сборов были блокированы полицией и воинскими подразделениями. Незадолго после этого случая представители ингушского конноспортивного движения «Дикая дивизия» демонстративно прогулялись на «охраняемой» кадыровцами территории. Но, той же осенью 2018 попыткам посещения Дзейтовыми своего родового селения вновь воспрепятствовала полиция. Все эти события ясно продемонстрировали чего стоили заявления Евкурова о том, что границы будут формальными и ингуши смогут беспрепятственно попасть на правый берег Фортанги к своим башням. Кстати, все это происходило не на межгосударственной границе, а на административной границе одной из республик Российской Федерации, на территорию которой любой гражданин России, якобы имеет право беспрепятственного передвижения.   

Новый этап налаживания «добрососедских» отношений

На недавней пресс-конференции Кадыров, посвященной итогам 2019 года, Кадыров снова высказался по поводу чечено-ингушской границы. И в еще более резком тоне. Он пригрозил ингушам: мол, если те «будут заигрываться», то он готов забрать дополнительно территорию существенно большую чем уже получил по соглашению, якобы оставленные ингушам по соглашению. Как бы абсурдно это не звучало, но речь идет о практически половине Ингушетии. Дословно это прозвучало так: «Это наша территория! Если бы мы не относились к ингушскому народу по-братски, мы забрали бы свои населенные пункты, села, семь сел, которые господин Дудаев передал Аушеву временно. Если они будут заигрываться, мы заберем свои села обратно. У нас есть юридические права на это, хотя мы абсолютно молчим!».

Здесь конечно не лишено смысла вспомнить слова самого же Кадырова, во время первого визита в Ингушетию к старейшине тейпа Нальгиевы за «извинениями». В какой-то момент видимо ситуация вышла из-под его контроля, и он заявил, что ничего у ингушей он не забирал, что он просто взял и подписал то что ему предложил (тоже самое, что подсунул) Евкуров.

Крайне жестко высказывался и Магомед Даудов, считающийся вторым по влиятельности человеком в Чечне и который практически претендует на место Кадырова. В апреле 2019 года, выступая на торжественном приеме, посвященном годовщине отмены в Чечне режима контртеррористической операции, он заявил, что бывший чеченский президент Джохар Дудаев подарил Ингушетии два района: «Некоторые в Instagram говорят, что Дудаев никакую землю не отдал. Отдал!.. Это наша земля… И ее отдал Дудаев!». Как видим «я отвечаю» в заявлениях официальных лиц Чечни, часто является значимым аргументом, за ним следует другой — «скажи это мне в лицо, если не согласен». 

Слова о дудаевском «подарке» Даудов повторил в июле 2019 года, выступая на совещании в парламенте Чечни. Реализуя важные тезисы евкуровского соглашения по установлению добрососедства между ингушами и чеченцами, в сентябре в прямом эфире программы «Особый разговор» чеченский спикер снова жестко высказался по поводу установления границы: мол, в истории поставлена «жирная точка» и «все, хватит, концерт окончен!». Даудов, почти час выступая по поводу чечено-ингушской границы, также посчитал необходимым комментировать внутренние общественно-политические процессы ингушского народа, который в рамках закона требует соблюдения законов при принятии решений относительно изменений территории Ингушетии, где по мнению спикера парламента ЧР, оппозиционеры проводили целенаправленную работу по дискредитации местных властей.

Заявления Даудова в «Особом разговоре» вызвали колоссальный резонанс в Ингушетии. Ингушский оппозиционный общественный деятель Сираждин Султыгов записал ответное видеообращение с отповедью Даудову, не скрывая своего возмущения в том числе и отсутствием ответной реакции со стороны ингушских властей.

 Даже Муса Зурабов, крайне взвешенный и интеллигентный общественный деятель, владеющий всеми историческими и картографическими аспектами территориального устройства Ингушетии, не дождавшись реакции Главы и парламента Ингушетии на эти выпады Даудова в адрес целого народа, по собственной инициативе назначил чеченскому спикеру встречу у него же в парламенте ЧР.  

Позже комментируя свой визит в ЧР, Муса Зурабов сказал, что показал Даудову уникальные исторические документы XIX и первой половины XX столетия, касавшиеся принадлежности спорных территорий. Они полностью опровергали заявления, сделанные Даудовым о том, что земли, переданные Евкуровым Чечне, ранее действительно были чеченскими. Причем, по словам Зурабова, все эти документы ранее не демонстрировались ни чеченской стороне, ни федеральным властям России.

Сетевое межнациональное напряжение

В этом наследии Евкурова, примечательными являются и процессы, проистекающие в виртуальном пространстве интернета. Как правило сетевое общество быстрее и резче реагирует на все последствия «мирного соглашения» Евкурова. Сегодня именно интернет и особенно социальные сети с мессенджерами, являются основным источником информации для населения, так же, как и отчасти выразителем настроения общества. Здесь каждый имеет возможность высказаться, зачастую без ограничений норм морали и нравственности. Анализ содержания инста-пабликов, телеграм-каналов, фейсбук-постов и комментариев, отчетливо демонстрирует растущий уровень межнациональной ненависти и катализатором новых вспышек раз за разом становятся именно выпады официальных лиц ЧР, адресованные не своим коллегам или ответственным ведомствам, а оскорбления в адрес ингушского народа или его лидеров. Кроме взаимных оскорблений, некоторые пользователи предлагают разрывать все экономические отношения с бизнесом соседей, призывают к бойкоту товаров, например, более радикальные выдвигают встречные территориальные претензии и требуют возврата в Ингушетию сел, основанных выходцами из ингушских тейпов. Подобного накала страстей между народами невозможно вспомнить до подписания пресловутого соглашения Евкурова-Кадырова.  

Показательным стал случай, когда после выступления в эфире программы «Особый разговор» в ингсегменте интернета поднялся очередной шквал критики, где пользователи в резких тонах начали высказываться как по отношению к Даудову так и всех кто поддерживает политику кадыровской власти. В ответ на эту реакцию спикер чеченского парламента даже забил стрелку с админом одного из ингушских инстаграм-пабликов Гелисхановым, который едко раскритиковал Даудова.

В свою очередь представители ингушской диаспоры в Европе, в ответ на серию оскорбительных выступлений в адрес ингушского народа, побывали в гостях и «поговорили» с одним из «чеченских видеоблогеров» по кличке Мансур-старый, которого одна часть чеченской диаспоры в Европе жестко осудила, а другая виртуально поддержала.

Вряд ли все это можно действительно описать словами «дружба и братство», как бы ни хотелось Евкурову. Скорее – конфликт, напряженность, непонимание. И эту мину замедленного действия под отношения двух некогда братских народов заложили именно политики, личные интересы которых были поставлены выше общественных. В данном случае Евкуров получал возможность возглавить республику еще на третий срок, Кадыров удовлетворял свои амбиции «собирателя земель», а Матовников подтверждал свой статус «смотрящего» по понятиям разруливая личные разборки двух соседних феодалов. Масса простых людей, не способных это понять, все глубже втягиваются в кризис межнациональной ненависти.        

Ахмед Бузуртанов